Sebastian Michaelis
М-да

Читайте

Свадьба Грелля Сатклиффа
Мыльная опера

Пейринг: Уильям/Грелль
Жанр: трагикомедия в 2 частях
Рейтинг: G => ?

Часть 1.

Грелль Сатклифф спал. Ему снился приятнейший сон: он наконец-то выходил замуж! Наверное, правильнее было сказать "она", но Грелль Сатклифф был так счастлив, что в кои-то веки ему было совершенно наплевать на собственную гендерную идентификацию. На нем было белое платье с пышной юбкой, фата (отдельные сотрудники начали было посмеиваться, но Сатклифф быстро призвал их к порядку, незаметно для священника пригрозив им бензопилой), перчатки и туфельки на умопомрачительных шпильках. Ура! Наконец-то мне снится свадьба! - думал совершенно счастливый Сатклифф, - а не эта бессмысленная ебля с мужчинами, которые мне не дают. Или дают, но мало... Кстати о мужчине - а кто жених-то?

Он попытался заглянуть под вуаль (вуаль и элегантный мужской костюм - что может быть удивительнее?!) своему жениху, но быстро получил по рукам и скис. "А, так ведь это же мой сон! - вспомнил Сатклифф. - Жениха-то я еще не придумал!" Он быстро попытался представить идеал своего мужчины - темные волосы, серьезный, сосредоточенный вид... так, с этим порядок... Очки? Нужны или нет? Какого цвета глаза? И вообще, кто он?!

Грелль быстро попытался представить себе Себастьянчика, но так и не смог определиться, чего же ему больше хочется - чтобы Себастьянчик женился на нем, или чтобы готовил десерт для праздничного стола. Сатклифф облизнулся. Десерта хотелось больше. С другой стороны, если взять Сиэля, нарядить его, как девочку, разбрасывающую розовые лепестки, или вручить ему шлейф от Греллева платья... И пусть ревнует повыразительнее! М-м-м-м... Грель счастливо улыбался этому видению целых пять минут. Но десерт все равно победил.

"Тогда пусть на мне женится Уилли! Это стратегически правильно - выйти замуж за своего начальника!". Жених лишился вуали и приобрел до боли (Грелль аж инстинктивно закрыл лицо руками) знакомые черты Уильяма Т. Спирса. И немедленно повел себя в лучших традициях последнего.

- Не смей давать мне подзатыльники! - обиделся Сатклифф. - Во-первых, я твоя невеста, а во-вторых, фату помнешь!
- Сатклифф, куда вы меня затащили?! - голосом, не предвещавшим ничего хорошего (да чего уж там, это был голос отстранен-на-два-месяца-и-косу-не-получишь!), поинтересовался начальник.
- Это наша свадьба, милый! - сладким, ангельским голоском пропел Грелль (один-месяц-медовый-а-там-хоть-потоп!).
- Кой черт наша свадьба, диспетчер, я скорее саморассекусь своей косой, чем женюсь на вас!
- Это мой сон, - мстительно ответил Сатклифф, - так что прекрати командовать, мы не на работе!

Уильям застонал. Потом зарычал. Потом покорился своей судьбе. Счастливый Грелль продолжал тащить своего жениха к эшафоту... простите, к священнику и алтарю. Священник, кстати, тоже не выглядел счастливым - какие-то умники за спиной у брачующихся уже начали разрезать праздничный торт косами, и злобный Себастьян отгонял их, пуская искры из рукава.

- Жених, согласны ли вы...
- Против! Я категорически против!
- Вашего мнения никто вообще не спрашивает! - рявкнул священник, потеряв остатки терпения.
- Но вы же сами только что...
- Это стандартная фраза! Так в инструкции написано, вот, видите?! - озверевший служитель культа ткнул Уильяму под нос свою книжечку, - никто всерьез не спрашивает о такой ерунде! У меня еще шесть пар на сегодня, и если всякие умники будут вмешиваться в процесс!
- Нет-нет, - ответил Спирс, тут же сникая, - инструкция есть инструкция...
- Так. Невеста?
- Да! - счастливо пискнул Грелль.
- Если кто-либо из присутствующих здесь знает, почему эта пара не может сочетаться браком, пусть скажет сейчас или молчит всю жизнь!

Уильям Т. Спирс сжал губы. Он не хотел молчать всю жизнь, но уже мужественно практиковался. Себастьяну было его жаль. Очень-очень жаль. Он даже кашлянул, словно готовясь что-то сказать. Священник набычился. С одной стороны, он впервые видел живого демона из настоящего Ада. С другой стороны, до обеда у него было еще шесть пар, а конфликты у алтаря очень часто выливались в ремонт церковного помещения. Поэтому он покрепче перехватил кадило и забормотал под нос "Vade retro!.." на мотив веселой попсовой песенки. Себастьян стушевался. Уильям посмотрел на него с презрением - слабак, говорила вся несгибаемая фигура начальника пятого отдела. На себя посмотри, отвечали ему горящие фиолетовые глаза. В наступившей тишине особенно резким показался звук бензопилы, которой Грелль тщательно разрезал доски пола прямо перед ними. Нервы, догадался священник и быстро закруглил церемонию.

Сатклифф целовал своего законного супруга. Супруг не уворачивался. На пятом, особом поцелуе с применением сложных приемов языковращения, Уильям даже начал казаться счастливым. А может, все дело было в крайне непристойных предложениях, которые Грелль нашептывал ему на ухо.

"Черт с ней, с моей спокойной, размеренной, счастливой жизнью, - думал Спирс, - уж влип так влип. Зато хоть демонских тортиков поем, и натрахаюсь на всю оставшуюся жизнь. Мою чертову жизнь, которая вся уйдет Сатклиффу под хвост! Но хвост, нужно отдать ему должное, симпатичный".

На этой радостной ноте Сатклифф схватил своего мужа за задницу.
На этой радостной ноте Сатклифф проснулся.

* * *

Ой, солнышко. И, наверное, птички поют? Не поют, суки, констатировал Грелль Сатклифф, - значит, я дома.
Я дома, а за окном такое солнышко. Значит, я проспал.
Я проспал, и до сих пор не пытаюсь встать и прибежать к дверям кабинета до возвращения с утренней "летучки" Уильяма? Ну в самом деле, зачем мне такая жизнь! - фыркнул про себя Грелль, - вот я и стремлюсь покончить с ней максимально болезненным способом.
Грелль вскочил. Грелль обнял голову руками. Грелль упал на подушки с гортанным, хриплым стоном, который так нравился его любовникам в моменты страсти. Но сейчас этот стон был исполнен настоящего, самого взаправдашнего страдания.
И в самом деле, зачем мне такая жизнь, - повторил Сатклифф. - Пристрелите меня, но я не встану!
В представлении Сатклиффа, его голова напоминала огромный огненный шар, доставленный прямиком из Преисподней. Себастьянчик, за что?! - подумал Сатклифф и осторожно ткнул дрожащим пальцем себя в ухо. Голова болеть не перестала, но иллюзия плюющейся раскаленной лавой неведомой фигни, нахлобученной ему на уши, все-таки рассеялась.

Это похмелье, догадался Сатклифф. Но какое!
В таком состоянии он не боялся не только Уильяма, но и директора всей их организации. Пусть хоть рассекут. Лишь бы не шевелили в процессе.
Что же я такое пил, а главное, зачем?!
Сатклифф снова застонал и попытался стянуть с себя какую-то тряпку, отягощавшую и без того нерадостное существование диспетчера. С третьей попытки ему это удалось. Одним полуоткрытым глазом он покосился на зажатый в пальцах кусок странной на ощупь материи, и удивленно моргнул (по всему лицу пошли круги мерзкой головной боли).
Это была фата.

Фата!
Удивление диспетчера Сатклиффа было так велико, что перед ним спасовала даже лютая мигрень - для нее просто не осталось места в голове. Фата! А вторая тряпка, на которой он так неудобно лежит - остатки свадебного платья. А это... Он неверяще поднял руку и для верности немного помахал ею перед глазами - кольцо?!

Диспетчер Сатклифф зажмурился. Плохие новости - он все еще спит, и ему снится очередной дурацкий сон. Хорошие новости - если это сон, то он, может, еще не так сильно опоздал?
Но когда он снова открыл глаза, все осталось по-прежнему. Солнце немилосердно светило сквозь неплотно задернутые шторы, фата натирала шею, а сбившееся свадебное платье давило ему под ребра. Никогда не пытайтесь спать в корсете! И только обручальное кольцо, залог будущего семейного счастья неизвестно с кем, не доставляло ему никаких неудобств. Ну, это пока. Пока он еще не понял, с кем он этим кольцом поменялся, а главное, за каким хреном?!

Грелль Сатклифф задумался, протер глаза кулаком, снова задумался, немного поругался сквозь зубы, задумался. Не помогло.
Он не помнил.
Ни свадьбы, ни жениха, ни, что более важно, помолвки и их скоротечного (а каким он еще мог быть, учитывая обстоятельства?!) романа. Он немного помнил священника - не такого грозного, как во сне, и свадебный торт, который явно готовил не Себастьянчик. И все. Совсем. Все.

Когда он умудрился выйти замуж? За кого? Зачем?

Стоп. Не нужно паниковать раньше времени. Он замужем, у него была настоящая (со священником и тортом) свадьба! Ну и что, что он не помнит, с кем. Главное, что теперь мечта всей его жизни сбылась! Ура?

Свадьба. Ладно, свадьбу он вспомнит, никуда не денется. А теперь у него должна начаться семейная жизнь. Утренний секс, завтрак в постель и... и между прочим, где все это? А главное - где его жених, ой, то есть муж, с обручальным кольцом на руке, галстуком поперек шеи и петличным букетиком в заднице? Почему он не несет своей невесте похмельный утренний кофе, да черт бы с ним, с кофе, почему он не лежит рядом, синхронно умирая от похмелья?

Ну ладно, предположим, он не лежит рядом хотя бы потом, что кровать у меня одноместная, сказал себе Грелль. Да и работать все-таки нужно. Мало ли, вдруг у него нет похмелья, и в медовый отпуск посреди квартального периода Уилли их не отпустил? При воспоминании о начальстве Грелль опечалился. Неужели теперь их коротким, но страстным свиданиям с Уилли пришел конец? Ну да, теперь ведь нужно быть верным, честным и порядочным. Женой. Тьфу на эти гендерные окончания.

И за кого его все-таки угораздило выйти замуж?

Память не возвращалась. Грелль страдал. Какое-то время он позволил себе мечтать о Себастьянчике - но нет, Себастьянчик и венчание в церкви... да еще кольца эти дурацкие... да и Уилли бы не позволил. Уилли! Нет, нет - такую дешевку (Грелль оценивающе посмотрел на свое кольцо) Уилли не стал бы дарить своей жене. Да на нем запонки в десять раз дороже стоят! Значит, это кто-то из числа его веселых, но бедных коллег. Осталось выяснить, кто.

Из десяти диспетчеров их отдела и одной секретарши Грелль спал... с девятью, и с одной секретаршей. Десятый был женат и удручающе гетеросексуален, к тому же, Греллю он не нравился. Секретарша была замужем, так что она все равно отпадала. Оставалось еще девять претендентов на руку и сердце диспетчера Грелля. Ну и на все остальное, включая свободные развеселые вечера (Грелль всхлипнул) и его несравненную задницу (но как же Уилли?!). Смерть всемогущая, ну почему же он ничего-ничего не помнит?!

Сатклифф приподнялся в кровати, пытаясь не расколоть свою голову и не расплескать ее содержимое. Телефонная книжка. Позвонить. Он может позвонить. Но кому? Правда, этот вопрос тут же показался ему несущественным и даже слегка неактуальным, по сравнению с другим, более насущным - а что спрашивать-то?

"Привет, Олли, ты не знаешь, случайно, за кого я вчера вышел замуж?" Пфффф. Даже Грелль Сатклифф не способен задать такой вопрос. Хорошо, попробуем зайти из-за угла...

"- Привет, Олли, ну что, как провел вчерашний вечер?
- Конечно, клево! Мы же выдавали тебя замуж?
- Да ну? А за кого?"

Нет, это был какой-то неправильный угол...

Сатклифф жалобно застонал и схватился за лоб. Проклятье. А что, если довериться кому-нибудь из сослуживцев и честно признаться в своей беде? Сатклифф скептически посмотрел на записную книжку. О нет. Они ему, пожалуй, такого понарасскажут, что волосы на голове дыбом встанут. С его милых друзей вполне станется, например, поведать Греллю Сатклиффу о том, что под венец его повел не кто иной, как сам мистер Уильям Т. Спирс. Грелль несколько раз моргнул, прогоняя бабочек, летавших перед глазами. А ведь телефон Спирса был в его записной книжке. И уж он-то точно должен знать, с кем угораздило спутаться его нерадивого подчиненного. Да что там, Спирс их всех, как облупленных...

Если бы Греллю Сатклиффу не было так плохо с похмелья, он бы точно не решился на этот Очень Глупый Поступок. Но увы. Последствия алкогольной интоксикации организма пагубно сказались на его инстинкте самосохранения. Поэтому он поднял трубку и негнущимися пальцами набрал номер телефона Уильяма. Сначала в трубке раздались привычные гудки, а потом что-то щелкнуло, запело, словно переключаясь на другую линию. Это было странно. Уильям переключил телефон? Уильям что, сейчас не на работе? Грелль мог бы обдумать этот вопрос, но тут в трубке раздался голос Ти Спирса.

- Да, слушаю?
- Уилли? - выдохнул Грелль.
- Что вам нужно, Сатклифф?
- О-о... - Грелль не растерялся от холодного голоса начальства, за столько лет службы он уже привык к приветствию "Какого черта вас опять принесло", так что телефонная версия показалась ему почти нежной. - Уилли, я тут проснулся...
- Удивительно ценная информация...
- И на мне свадебное платье. И-и... фата, а я , ты же знаешь меня, Уилли, я если выпью - наутро ни-че-го не помню! Так что я вот... не помню даже, за кого я замуж вышел, - Грелль печально вздохнул.
- Сатклифф, вы надо мной издеваетесь?!
- А что такое? Неужели я тебя не пригласил на свадьбу? Быть такого не может! Я бы обязательно... ты же знаешь, я всегда хотел, чтобы все было по-настоящему, красиво, как в сказках, с гостями, друзьями, коллегами... - в сказках три категории приглашенных обычно не совпадали с такой убийственной точностью, но об этом Сатклифф предпочел забыть.
- В самом деле? - искренне удивился Уильям.
- Да! - воскликнул Грелль, - о, во имя Смерти, только не говори, что я тебя не пригласил!
- Вы - и свадьба. Удивительно. Я-то думал, ваша задача - распределить свое мужское обаяние по как можно большей территории, не упуская из внимания демонов и смертных.
- Уилли, как ты можешь быть таким жестоким? - плаксиво спросил Грелль. - Я всю жизнь мечтаю встретить своего единственного мужчину и выйти за него замуж! Но Уилли, ни с кем из моих... эммм... кавалеров это сделать нельзя!
- Это вы точно подметили, Сатклифф.
- Уилли! Ты надо мной издеваешься? Почему бы тебе не сказать мне, за кого меня наконец угораздило выйти замуж?!
- Это вы надо мной издеваетесь, Сатклифф! Мы участвовали в операции под прикрытием! Вы изображали невесту! И никто не просил вас надираться после того, как задержание преступника было успешно произведено!
Грелль от испуга громко икнул в трубку.
- То есть, у меня нет медового месяца, медовой недели и даже медовых выходных? Мне нужно идти на работу?!
- Сатклифф, сегодня выходной. И если я еще раз увижу, что вы хотя бы приближаетесь к столу с алкоголем на земной территории...

Теперь Уильям говорил очень громко и очень резко - каждое слово, как шуруп, ввинчивалось в больную голову диспетчера Сатклиффа. Он сжал лоб рукой - плохая идея, резко дернулся от приступа мигрени - еще худшая, и громко всхлипнул, а потом - еще раз, а потом понял, что его сейчас стошнит, и лучше сделать это не на своем рабочем столе. Обеденном столе. Не на своем единственном столе, говоря обобщенно. Он выронил трубку и метнулся в ванную, не слыша затихающего голоса Ти Спирса.

* * *

В отличие от красного жнеца, его начальник прекрасно помнил вчерашний день. Это, пожалуй, был худший день в его жизни.

Идея со свадьбой была отвратительна. Отвратительна по сути, но особенно - по форме. На Сатклиффа напялили платье, вырядили его в фату и еще и накрасили! Подчиненный, как ни странно, выглядел во всем этом весьма неплохо, и Уильяма это нервировало. Его подчиненные не должны хорошо выглядеть в платьях и на каблуках... ладно, насчет каблуков претензия была излишней. В них диспетчер Сатклифф... как-то выглядел все рабочее время. Потом оказалось, что никто, кроме самого Уильяма, не обладает необходимой квалификацией для того, чтобы... э... сопровождать Сатклиффа к алтарю. Уильям в этот момент, пожалуй, мог бы и шею свернуть своему новому сотруднику, но потом остыл и признал его правоту. Да, среди подчиненных и впрямь не было тех, кто мог бы с ним сравниться по части подготовки и боевого опыта. Но это же не повод отдавать его прямо в руки диспетчера Сатклиффа!

Само задержание, к его огромному удивлению, прошло гладко. Может быть, действительно не зря он не задушил Рональда Нокса, который занимался стратегическим планированием в его отделе? В конце концов, дурацкая затея оправдала себя. А потом кто-то предложил не разбазаривать фонды Управления, а именно - съесть и выпить все то, что осталось от качественной имитации свадьбы. Уильям не возражал - рабочее время уже закончилось, а деньги действительно уже были потрачены, так почему бы не утилизовать хотя бы часть реквизита? Конечно же, когда он увидел Сатклиффа, который сидел на столе, высоко задрав ноги в чулках, он понял, что решение было... недостаточно взвешенным. Но было уже поздно.

Поэтому теперь, сидя в любимом кресле с любимой книгой, он с содроганием вспоминал события прошлой ночи. А ведь кстати, Сатклифф и тогда говорил что-то о свадьбе, муже и любви до гроба, словом, нес такой бред, который был бредом и по мерке самого Сатклиффа. Ну куда ему-то мечтать о вечной и единственной любви? Однако сегодня Сатклифф подтвердил вчерашние пьяные признания. Спина Уильяма похолодела. Рыдания, которые он слышал в трубке... ну да, это естественно, если Сатклифф был уверен, что сбылась мечта всей его жизни, наверное, он несколько... расстроился после того, как Уильям опроверг это. Наверное, нужно было подобрать другие слова. Более... мягкие. Да Смерть его забери, разве он мог знать, что Сатклифф всерьез относится ко всей этой чепухе?!

Уильям нервно встал с кресла. Его тревожило поведение Сатклиффа, а особенно - то, что Сатклифф бросил трубу, даже не удосужившись с ним попрощаться. Да что там, он даже не положил ее на рычаги! Уильям, поколебавшись, набрал номер диспетчера. Короткие гудки. Проклятая истеричка! Как бы он чего-нибудь не натворил в порыве отчаяния. С имуществом департамента... и с собой, заодно.

Уильям Т. Спирс поправил очки. И что теперь делать? Позвонить кому-то из подчиненных и попросить их зайти к Сатклиффу? Их, скорее всего, давно нет дома, выходные эти сорвиголовы предпочитали проводить в более интересных местах. К тому же, Уильям испытывал при этой мысли странную неловкость - словно ему доверили какую-то тайну из личной жизни Грелля Сатклиффа, а теперь он собирался раскрыть ее перед всем отделом. Уильям тяжело вздохнул. Нет уж, он, как начальник Сатклиффа, должен сам проконтролировать эту ситуацию. Он открыл тяжелую книгу в кожаном переплете, и заглянул туда в поисках домашнего адреса Сатклиффа.

Вчерашний день, безусловно, был худшим в его жизни. Но почему Уильяма преследует такое чувство, будто он еще не закончился?

* * *

Грелль Сатклифф лежал на ковре в собственной гостиной. Ему, конечно, не нравилось лежать на ковре в мятом подвенечном платье, но делать было нечего. Встать он все равно не мог.

- И не просите, - пробормотал он, услышав настойчивый стук в дверь.

Стучавший просить не стал - через минуту дверь негромко хрустнула и легко сошла с петель.

- Сатклифф, какого черта вы тут делаете?!
- Лежу, - мрачно отозвался Грелль.
- И давно?
- Не знаю!
- Что вы с собой сотворили?
- Ничегоооо... Уилли, у меня такооое похмелье!
- Сатклифф, вы пили вчера вечером. А сейчас, - Уильям бросил быстрый взгляд на часы, - уже четыре часа дня. Какое, к дьяволу, похмелье?
- Очень тяжелое, - всхлипнул Сатклифф, и приобрел нежно-голубой оттенок лица. - Ох, Уилли, я сейчас умру...
Эти слова неожиданно сильно подействовали на Уильяма.
- Задержание. Операция. Четыре часа дня, - быстро проговорил он вслух, собираясь с мыслями, и не обращая внимания на удивление Сатклиффа. - Вас тошнит? Голова болит?
- Даа...
- На ногах держитесь? Идти сможете?
- Нееет... - простонал Сатклифф.
- Тогда хватайте меня за шею... не нужно меня душить! Вот так, да.
- Уилли, ты носишь меня на руках? Как это романтично!

В следующую минуту они уже телепортировались в госпиталь.

* * *

- Да, яд. Скорее всего, из каких-то демонских разработок. Убить с его помощью нельзя, а вот вывести ненадолго из строя... Впрочем, он все равно не сработал бы.
- Хм? - Уильям снова поправил очки.
- С чем-то они перемудрили... дозировка, может быть, не та. Или неправильный подбор ингридиентов. Я даже удивлен тому, что вашего подчиненного так разобрало.
- Рот - его слабое место, - скривился Уильям, - вечно он пробует всякую отраву, а потом...
- А, индивидуальная предрасположенность, - кивнул головой медик. - Ну что ж, можете отправить его домой. Пусть отлежится как следует. Пить только воду, есть только сухари и кашу.
Уильям представил себе Грелля, питающегося сухарями, и содрогнулся.
- Спасибо за помощь. Я за ним прослежу.
- Полтора дня диеты - и все как рукой снимет! - заверил его напоследок врач.
Уильям только бессильно скрипнул зубами.

* * *

- Уилли, я очень хочу есть, - со слезами на глазах повторил Сатклифф.
- Ешьте, кто вам мешает, - спокойно ответил Уильям.
- Но я не могу есть это! - слезы вот-вот потекут из прекрасных глаз диспетчера прямо в тарелку с овсянкой. - Уилли, меня с детства тошнит от каши, от любой!
- Да уж, здоровый ЖКТ - это точно не о вас, диспетчер. Возьмите хлеб.
- Это, - Грелль постучал кусочком белого хлеба об стол и прислушался к звуку, - было хлебом неделю назад!
- Тогда не ешьте!
- Но я хочууу, - заныл Грелль.

Уильям пожал плечами и перевернул еще одну страницу. Разумеется, не было нужды в том, чтобы нести Сатклиффа к себе, доставать ему продукты по его новой "диете" и выслушивать его нытье. Зато здесь Сатклифф в безопасности. От самого себя. И он не наестся никакой гадости, усугубив свое и без того сложное положение. Какого черта он вообще полез к этому торту? Розово-голубого монстра стронились все диспетчеры, и только Сатклифф... ох уж этот Сатклифф, вечно с ним какие-то проблемы.

Уильям говорил себе, что он принес сюда подчиненного только для того, чтобы не лишаться еще одной пары рабочих рук в отделе на ближайшее время. Он даже себе не мог признаться в том, что он заботится от Сатклиффе потому, что испугался. На целых десять секунд, когда увидел Грелля в подвечном платье, лежащего на полу, с мертвенно-бледным, восковым лицом. Уильям нахмурился, прогнал непрошенное воспоминание и перевернул еще одну страницу.

- Сатклифф, ложитесь-ка лучше спать. Чем больше времени вы проспите, тем быстрее закончится ваша... диета.
- Но я не могу спать, пока я голоден, - плаксиво ответил Грелль. - И где я буду спать?
- Я освободил вам свою кровать, - хмуро ответил Уильям. - Предвосхищая ваш следующий вопрос: я буду спать на диване.
- Там, наверное, ужасно неудобно, - Грелль тут же успокоился и вытер глаза, - жестко, тесно!
- Сатклифф, мне отнести вас в постель, или вы сами дойдете?
- Дойду, - испуганно пискнул Грелль, увидев выражение лица Уильяма.

* * *

Нужно было все-таки поставить дверь между кабинетом и спальней. Уильям, который жил один, прекрасно без нее обходился, впрочем, он обошелся и без стен между кабинетом, спальней и кухней. Его бы это устроило. Но когда ты пытаешься спать в одном помещении с Греллем Сатклиффом, пара лишних дверей, а может быть, и стен, уж точно не помешает. Уильям мог бы прикрикнуть на разговорчивого жнеца, но его мучила совесть. Сам-то Уильям прекрасно поужинал холодным стейком из баранины - на кухне, подальше от голодных глаз Грелля. Но красному жнецу было плохо, голодно и скучно. На этот раз он мешал Уильяму отдыхать не из природной вредности. Уильям это понимал - и терпел.

- ...ужасно жаль, что я не помню, как все вчера прошло. Мы с тобой, под руку, у алтаря - ах, какое это было зрелище!
Еще бы. Уильям заранее пообещал убить всякого, кто рискнет сделать хоть одну фотографию этого позора.
- Что за бред вы там несли насчет ваших планов на свадьбу, любовь до гроба и верного мужа? - спросил он, чтобы отвлечь Сатклиффа на более безопасную тему.
- И вовсе это не бред! Я давно об этом мечтаю. На самом деле, мне нужен только один мужчина, - в голосе Сатклиффа слышались мечтательные нотки. - Такой, с которым я мог бы прожить всю жизнь. И я бы налево даже не посмотрел!
- Ну да, - скептически хмыкнул Уильям. - И вы хоть раз пытались найти такого мужчину?
- Почему же пытался, - голос Сатклиффа, доносившийся из полутьмы спальни, стал неожиданно серьезным, - однажды я его даже нашел. Мы прожили вместе десять лет.
- И что случилось потом? Он бросил вас ради какой-то красотки? Или он бросил вас после того, как застал вас в объятиях другого мужчины? Или это вы его бросили?
- Нет. Потом он умер.

Если бы Уильям мог, он бы дал себе подзатыльник.

Грелль Сатклифф попал в его отдел семьдесят лет назад. В его анкете, в числе прочих проблем со здоровьем, числилась также "тяжелая депрессия". Тогда Уильям не стал доискиваться причин, а потом, после очередного медосмотра, депрессию вычеркнули, сменив еще каким-то психологическим термином. Уильяму Грелль никогда не казался депрессивным. Он был веселым.

Пожалуй, даже слишком веселым.

Жнецы не часто сходились друг с другом на продолжительный срок - обычно больше половины их бесконечно длинной жизни приходилось на романы разной степени странности, на отношения, которые были похожи скорее на флирт, сопряженный с сексом, чем на настоящую крепкую связь. Но те немногие, кто находил себе не временного партнера, а постоянного любовника, держались друг друга изо всех сил, и редко расставались по своей воле. И это была плохая тема для шуток. Худшая из возможных.

- Простите меня, Сатклифф. Я сказал глупость.
- Все дело в том, как я выгляжу. И в том, как я себя веду, - голос Сатклиффа стал тихим - таким тихим, что Уильям перестал различать слова. Он встал с дивана, натянул халат и пошел в спальню.

Грелль лежал, завернувшись в одеяло, и уткнувшись носом в подушку. Уильям сел на край кровати и погладил его волосы.

- Я повел себя, как идиот, - при этих словах Грелль удивленно посмотрел на Уильяма, - и я прошу прощения.
- Никаких проблем, - тихо пробормотал Грелль. - Уилли, может, все-таки ляжешь здесь? Места предостаточно, и я не буду к тебе приставать, правда.

Уильям, подумав, кивнул и лег на кровать, потеснив подвинувшегося к стене Грелля. Уильям решил, что не будет возражать, даже если жнец решит обсудить с ним все насущные проблемы отдела, новости из мира моды и сплетни из мира живых. Но Грелль замолчал, а потом, по равномерному тихому дыханию, Уильям понял, что Грелль уже заснул. И немедленно последовал его примеру.

Когда он открыл глаза, было уже позднее утро. Грелль все так же лежал у стены, завернувшись в одеяло, весь в ворохе ярко-красных волос. Вчерашний день оказался неожиданно насыщенным: сначала он спас Сатклиффа от вялотекущего отравления, потом оставил его у себя в квартире под домашним арестом, потому умудрился как следует пнуть по, наверное, единственному больному месту красного жнеца. Уильям искренне надеялся, что на этом лимит развлечений с Сатклиффом был исчерпан: он не знал, как выносит все это сам Сатклифф, но лично Уильям был сыт этими мучениями по горло. И нет, он не будет поднимать документы Сатклиффа, чтобы выяснить, с кем встречался жнец, и при каких обстоятельствах погиб его любовник. Не будет. Ни в коем случае.

Сатклифф в белом платье, лежащий на полу. Сломанная невеста.

Словно услышав эту странную мысль, Грелль Сатклифф открыл глаза.

- Доброе утро, Уилли.
- Доброе утро, диспетчер Сатклифф.
- Как официально, - Грелль сладко потянулся и зевнул, - а ведь мы только что провели вместе ночь!
- Ту ее часть, которую вы не испортили своей болтовней, диспетчер? - сказал Уильям, и тут же прикусил язык.

Но Грелль не вспомнил об их вчерашнем разговоре. Или сделал вид, что не вспомнил.

- Ну не будь таким скучным, Уилли. Почему бы тебе не обращаться ко мне по имени, хотя бы тогда, когда мы не на работе?
- Я не вижу никаких причин для того, чтобы общаться с вами, когда я не на работе. Мне и в рабочее время вполне хватает вашего внимания, - сухо возразил Уильям.
- Тогда как я здесь оказался? - насмешливо поинтересовался Грелль, и еще глубже залез под одеяло.
- Не валяйте дурака, Сатклифф. Одевайтесь, и можете быть свободны. Надеюсь, вам хватит благоразумия, чтобы не есть ничего жирного, острого и жареного в течение ближайших двух дней.
- Уже все? А мне так нравилось быть под твоим присмотром!
- Да? То-то вы вчера весь вечер ныли и страдали.
- Это потому, что я очень есть хотел, - признался Грелль. - И до сих пор хочу!
- Ну, хорошо. Можете позавтракать со мной, Сатклифф.
- А поужинать? Я могу поужинать с тобой, Уилли?
- Сатклифф, еще одно слово в том же духе...

* * *

Рональд Нокс прекрасно проводил время. Выходные - это столько возможностей для того, чтобы воплотить в жизнь разные интересные планы, которые он вынашивал всю неделю, и на эти выходные пришелся, пожалуй, лучший из них. Нокс положил на стол несколько ярких глянцевых фотографий. О, прекрасно. Просто великолепно. Это лучшее из всего, что он видел.

Идея с фиктивной свадьбой, задуманной, чтобы выманить пожирателя душ, охотившегося на невест, из старой церкви, принадлежала именно ему. Он же настоял на том, чтобы роль невесты играл Сатклифф, а женихом стал их начальник, Уильям Т. Спирс. Воспоминание об этом до сих пор веселило его, а ведь не всякая шутка сохраняет свежесть в течение целых двух дней.

Весь отдел знал, что Грелль Сатклифф спит с мужчинами, женщинами, демонами и смертными. Никто не ставил это ему в вину - Сатклифф был обаятельным, сексапильным и очень приятным в общении жнецом. Пожалуй, он был даже милым.

Весь отдел знал, что Грелль Сатклифф не спит с Уильямом Т. Спирсом. Спирс был ханжой, и считал, что он выше такого рода развлечений. Спирс был жнецом старой закалки - предпочитал стабильные, серьезные отношения веселому и необременительному сексу. Он был из тех, кому непременно нужно влюбиться, жениться и только тогда - трахнуться. Правда, на все это у него не хватало времени.

Весь отдел знал, что Грелль Сатклифф по уши влюблен в Уильяма Т. Спирса. Весь отдел, кроме самого Спирса, который упорно не замечал особого, трепетного отношения к себе со стороны диспетчера Сатклиффа. Спирс был уверен, что Сатклифф пытается пополнить его персоной свой послужной список героя-любовника. Он держал Сатклиффа в ежовых рукавицах, и весь отдел утешал бедного диспетчера после очередного разноса, полученного им от строгого начальника.

- Он меня совсем не лю-у-у-у-убит! - плакал Сатклифф, сидя на подоконнике в их общем зале, в жилетку очередному коллеге.

Остальные отводили взгляд. Весь отдел знал, что Уильям Т. Спирс неравнодушен к Греллю Сатклиффу. Пожалуй, Грелль Сатклифф - первый диспетчер на их памяти, к которому у невозмутимого Спирса возникло что-то, похожее на притяжение. Но вот в чем загвоздка - пока это притяжение порождало трение, трение - электрический разряд, от которого каждый получал по носу, и дальше дело не шло. Они были слишком разными.

Весь отдел хотел бы увидеть этих двоих в нарядах жениха и невесты. Чопорный, суровый Ти Спирс и кокетливый, жеманный Грелль Сатклифф. Первый - в строгом костюме, слегка оттененном букетиком в петлице. Второй - в длинном белом платье, с фатой и кружевами. Весь отдел мечтал об этом, но только Рональду Ноксу удалось провернуть эту очаровательную аферу. Они так трогательно смущались, так упорно косились друг на друга - и тут же демонстративно отводили взгляд, что за это зрелище, пожалуй, участники операции должны были им приплатить. Этот торжественный выход лучшей пары всего Управления был первым из удавшихся планов Рональда Нокса. Вторым было вот это. Нокс любовно погладил фотографии. Спирс, конечно, обещал всем кары небесные, и тщательно следил за порядком во время церемонии, но маленькая скрытая камера, раздобытая на Земле, решила проблему чрезмерной бдительности их начальника.

Свадебные фотографии удались на славу. Он положил несколько фотографий в конверт, подписал его и отправился к ближайшему пункту рассылки вакуумной почты. Право же, завтра он хочет увидеть Спирса подходящей кондиции с самого утра.

И, может, этот упрямый идиот наконец посмотрит на беднягу Сатклиффа другими глазами? Хотя бы механическими. Это было бы третьей, самой лучшей шуткой Рональда Нокса.

Ы! Мы всё-таки дожили до второго флуда О.о"""
*не верит*

Sebastian Michaelis
Это надо отметить как бэ Х)

Sebastian Michaelis
Незачто, мне даже Уильяма стало жалко XD

Sebastian Michaelis
Ну, если хотите то отметьте день рождения флуда таким образом Х)

Sebastian Michaelis
Ага, хех жалко его у нас на ролевой, поиздеваться можно XD

Sebastian Michaelis
Чего так? Х)

Sebastian Michaelis
http://ottodix.rolka.su/ - вот, обещала создать, создала)

Sebastian Michaelis
Что случилось?

Sebastian Michaelis
Я уже пробовала